митрополит Антоний Сурожский

Богатый и Лазарь

21 ноября 1982 г.

Во имя Отца и Сына и Святого Духа.

Как прозрачна, как понятна и, вместе с этим, как строга сегодняшняя притча. Мне хотелось бы выделить два момента в ней. Умер богатый, который от земли, от временной жизни полу­чил все — не только то, что она могла дать, но и то, что мож­но было от нее взять; взять, не поделившись ни с кем, взять с полным презрением, с полным безразличием к нуждам или к меч­там других. И он умер. Над ним совершили торжественные похоро­ны; земля вернулась к земле. Люди, которые на земле его люби­ли, или, вернее, которые с ним были заодно, его похоронили. И этим кончилась вся его жизнь. Он стал никому больше не нужным; он ничего не мог дать, с него ничего нельзя было взять. Его схоронили торжественно и окончательно…

И умер бедняк, который у порога этого богача годами сидел, укрывался, может быть, под его лестницей, надеялся, что ему богатый и его друзья хоть кусок хлеба бросят, как они бросали собакам. Но он ничего от них не получил. Они были заняты со­бой, они были на уровне жизни, с которого не смотрят вниз, с которого не виден человек. Звери — да: те окружали бедняка, лизали его раны, утешали его своим присутствием. И в глазах богатого и бедняк, и звери были равны друг другу — только что зверям уделялось нечто, а бедняку — одно презрение и заб­вение. Но, как говорится в одной старой русской песне, созер­цали душу его ангелы Божии; созерцали: дивились этому терпению, смирению, унижению безропотному, спокойному. И когда он умер, спустились с небес ангелы Божии, взяли душу его в свои святые руки и принесли в лоно Авраамово. На земле не было торжествен­ных похорон, но на небесах было торжество.

Так проходит и наша жизнь между двумя этими полюсами — кто мы? Тот ли богач слепой, бесчувственный, окруженный толь­ко своими, людьми его уровня, его класса, его богатства, или принадлежим мы к тем, чей образ мы видим в Лазаре?

И второе: слова Спасителя, когда богач попросил Его послать Лазаря — снова Лазаря, он привык, что Лазарь беден, что им можно помыкать, что его можно гнать, куда только захочешь, даже без слова благодарности, а просто под угрозой грубости — чтобы был послан этот Лазарь к его еще живым братьям на земле, предупредить их. И Спаситель ответил словами, которые и нам должны звучать предупреждением и призывом: Нет! У них есть Моисей — т.е. величайший законодатель Израиля, провозгласивший закон от Самого Бога, закон жизни; у них есть пророки; пророк, это человек, который от Бога говорит, Его именем, потому что, как Священное Писание говорит: пророк, это человек, с которым Бог делится Своими мыслями. У них есть Моисей, у них есть про­роки, — пусть их послушают… Не относится ли это к нам? Как часто, в молитве ли, во всей нашей внутренней и внешней жизни хотели бы мы, чтобы прозвучало нам, лично, только мне какое-то животворное слово от Бога, слово, от которого я не могу отвернуться, потому что оно обращено только ко мне и входит в мою жизнь не как общее провозглашение истины, всем доступное, а как чудо, врывающееся в мою жизнь и от которого нельзя отвернуться. И Господь нам говорит: У вас всё Евангелие — не только Моисей и пророки, не только Ветхий Завет, не только древнее законодательство, но живое слово, не от Бога только, но Самого Бога, пришедшего на землю. Исполните то, что вам уже сказано. Исполните то, что Я вам сказал и чем Я открыл пред вами путь жизни. И когда вы это исполните, или хоть начнёте исполнять доброй совестью, всем умом, всем сердцем, всей жизнью, тогда новое слово вас достигнет, или вер­нее: откроет вам Дух Святой неведомые в данное время вам глу­бины этого Божиего слова, провозглашенного Мной… А если вы этому не подчинитесь, если не прислушаетесь к этому слову, тогда если и воскреснет кто из мертвых, вы ему не поверите… Так случилось с людьми Ветхого Завета, когда воскрес Господь. Отмели Его, отмели Его свидетельство, отмели Его заповедь, сказав: Нет! Мы прислушиваемся к иному…

И перед нами стоит тот же вопрос: воскрес Господь, слу­чилось величайшее чудо. Бог вошел в жизнь плотью и вознес нас на небо, — и мы всё же колеблемся: Прислушаться ли к Его слову, исполнить ли это животворное слово? Подумаем о богаче и о Лазаре, подумаем о предупреждении Христа: Только исполните то, что вам уже доступно, и откроется то, что еще недоступно вам. И тогда воскресение Христово, жизнь, крест, победа ста­нут наши, как опыт жизни — больше того: как сама вечная, Божественная жизнь, бьющая ключом в наших сердцах, просвещающая умы, делающая нас самих, для других, потоком жизни вечной. Аминь.

Слушать аудиозапись: нет , смотреть видеозапись: нет