митрополит Антоний Сурожский

О мытаре и фарисее

20 февраля 2000 г.
Тема: Евангельские притчи   Место: Лондонский приход   Период: 1996-2000   Жанр: Проповедь

Во имя Отца и Сына, и Святого Духа.

Мы сегодня вспоминаем евангельский рассказ о мытаре и фарисее. И если попробовать свести весь смысл Христова ответа на то, как се­бя держали, как о себе думали и как думали о других эти два челове­ка, можно бы вспомнить слова Ветхого Завета: «Чадо, дай Мне твое сердце, всё остальное Мне всё равно принадлежит.»

Это ответ и фарисею, и мытарю. Мытарь пришел с разбитым сердцем, от стыда; он не умел жить достойно того, чему его учили. Он не умел жить так, чтобы себя уважать, не говоря уже о том, чтобы стяжать уважение других, и еще меньше — быть способным стать перед Богом с чувством собственного достоинства.

А фарисей — он вошел в храм в уверенности, что он имеет право туда войти: он исполняет все правила, он достоин Бога, он заслужи­вает даже Его уважения.

И вот эти два человека стояли перед Богом, и Христос обоих их принял. Он не отверг фарисея, Он как бы оплакивал его. Ему стало жалко этого человека, который не понял, что весь смысл жизни собственной, жизни церковной, жизни людской в том, чтобы люди любили друг друга. Но для этого надо сначала свое сердце подарить Богу. По­тому что в своем собственном человеческом сердце сил на то, чтобы любить тех, которые тебя оскорбляют, тех, которые тебе чужды, тех, от которых у тебя чувство отвращения, никогда не найти. Но если твое сердце подарить Богу, если твое сердце открыть Ему так, чтобы в нем жила Божия любовь, тогда можно принимать друг друга, принимать ближнего своего, и фарисея, и мытаря.

Мы приходим в храм; мы не можем хвастаться тем, что мы соблю­даем все правила церковные, что мы можем стать перед Богом и ска­зать: «Я перед Тобою стою с достоинством»; мы можем войти и сказать: «Господи, я знаю, каким я должен был бы быть — и я не таков; прости! Прими меня… Пощусь я или не пощусь, даю ли я милостыню — это ничто по сравнению с тем, что я должен был бы сделать, то есть Тебе дать мое сердце, чтобы Ты преисполнил его любовью, и чтобы эта любовь потоком лилась на людей вокруг меня…» И мы не мо­жем даже стать как мытарь перед Богом; мытарь не смел даже войти в храм, потому что храм для него был пространством, которое всецело принадлежало Богу; ему там места не было, как ему казалось. А мы — как мы входим в храм? Разве мы останавливаемся у притолоки для того, чтобы сказать: «Господи, позволь мне войти в эту область святости, в эту область, которая выделена из всего мира для того, чтобы быть Твоей областью». мы приходим «к себе» в храм, мы идем к свечному ящику, но останавливаемся ли мы для того, чтобы сказать: «Господи! Права у меня никакого нет здесь быть, но Ты меня принимаешь всей Твоей непостижимой любовью.»

Вот будем приходить в храм с таким чувством; отдавать свое сердце Богу с тем, чтобы Он это сердце наше исполнил, отдавать свою жизнь друг другу для того, чтобы Христос мог сказать: «Да, Я не напрасно жил, Я не напрасно умирал, эти люди поняли, что значит Моя заповедь «любите друг друга также как Я вас возлюбил».

Слушать аудиозапись: , смотреть видеозапись: О мытаре и фарисее