митрополит Антоний Сурожский

Сретение Господне

15 февраля 1982 г.

Во имя Отца и Сына, и Святого Духа.

Мы сегодня празднуем Сретение Господне. Сретение — слово древнеславянское, которое значит на русском языке «встреча», а на сербском языке – «радость». И вот сегодня, встречая Господа, мы встречаем Его с той глубокой и благодарной радостью, с кото­рой Симеон Богоприимец Его держал на руках своих и видел в Нем осуществление всех древних пророчеств о том, что придет же день, когда рознь между человеком и Богом придет к концу и когда Сам Бог снизойдет к нам плотью как Спаситель наш, примиряя нас Сво­им Воплощением, Своей жизнью, Своим учением и Своей смертью на Кресте с Богом нашим и Отцом. И в празднике Сретения сливается одновременно и радость, и ожидание крестной смерти Христа.

Праздники бывают такие, когда душа так исполнена ликования, что рука не подымится на мирской труд; но бывают и такие, что рука не подымится, потому что сердце полно или скорби, или свя­щенного ужаса. Праздник Сретения Господня обе эти черты в себе соединяет. Симеон Богоприимец встречает Христа, старый человек, проживший праведную жизнь, которому было Богом обещано, что не увидит он смерти, пока не увидит Спасителя мира, пришедшего совершить Свое дело примирения и преображения мира, и также сви­детельствует об этой радости и Анна пророчица. Они говорят о том, что исполнилось всё ожидание не только Ветхого Завета, но всего человечества от начала мира, и желание, тоска, надежда о том, чтобы пришел Господь, и чтобы уже не было непроходимой пропасти между Ним и нами; но вместе с тем ликуют они о том, что не только прошлое, но и будущее теперь оправдано и сияет надеждой и радостью. Пришел Господь, и пришло спасение, пришла надежда, которой никакое горе, никакой ужас земной не могут по­гасить, потому что Бог уже среди нас; Христос среди нас, и никто нас не вырвет ни из руки Его, ни из любви Его.

Но вместе с тем, праздник Сретения Господня несет в себе печать глубокого ужаса священного и скорби. Тот же Симеон, ко­торый возвещал пришествие Господне в плоти, обещая, принес страшную весть Божией матери, что Ей меч пройдет сердце, что Она будет пронзена такой болью, испытает такое страдание, как никто на земле. Тогда Она не знала, каков будет этот ужас и это страдание; позже, предстоя, у Креста Господня на Голгофе, Она его пережила до конца скорбь, и ужас Матери, Которая видит Своего Сына пригвожденного неправедным судом, ненавистью человеческой ко кресту, — тех людей, ради которых Он жил, проповедо­вал, ради которых Бог стал человеком. Видела Она, как часами из Него текла жизнь, и наконец приняла Она Его мертвого, на Свои объятия. Это Ей предрек Симеон Богоприимец; и поэтому празднуя этот день, ликуя о нем, как о нашем спасении, вспомним, однако об этой душу раздирающей скорби Божией. Матери.

Сколько матерей и в России, и во всех странах мира могут эту скорбь понять, у которых дети — сыновья, дочери — были отняты болез­нью или жестокой смертью войны…

Каждый из нас в какой-то день после своего рождения прино­сится или приходит в храм, чтобы быть крещеным и предстать пе­ред Богом в воцерковлении. Это воцерковление младенца или взрослого — образ того, что тогда случилось в древнем Иерусалиме, когда поставлен был Сын Божий, ставший Сыном человеческим, перед Лицом Господним. Так и каждый из нас, когда мы бываем крещены, приобщаемся жизни распятого и воскресшего Христа, каждый из нас приходит или приносится в храм, чтобы стать до конца, без отказа Божиим достоянием; не только чадом Божиим, но сыном и дочерью Божиими, которые вступают в тот же путь, которым шел Господь наш Иисус Христос.

Если мы хотим понять, что значит до конца быть христиани­ном, вспомним еще изречение евангельское и одно слово апостола Павла. Когда Иаков и Иоанн на пути в Иерусалим, где Христос дол­жен был пострадать и принять смерть, спросили смогут ли они после Его победы сесть по правую и левую сторону Его царственно­го престола, Он им ответил: «Готовы ли вы пить ту чашу, которую Я буду пить, — т.е. приобщиться тому страданию, которое Я дол­жен вкусить? Готовы ли вы креститься тем крещением, которым Мне надлежит креститься — т.е. погрузиться в тот ужас страдания, которое Мне предстоит?» И апостолы ответили: «Готовы…» И так и мы, когда, крестившиеся, мы предстаем перед Богом в надежде в свое время разделить Его вечную участь, торжество вечной жизни, мы должны быть готовы сказать: «И на земле, Господи, готовы мы разделить Твою земную судьбу, и подобно Тебе жить правдой, провозглашать истину, крестно любить ближнего нашего до готовнос­ти пострадать жизнью и смертью нашей — для других, для друзей, для врагов, для всех положить свою жизнь». Как сказал святейший патриарх Алексей мне раз в разговоре: «Церковь — это Тело Хрис­тово, ломимое во оставление грехов человеческих…»

И чтобы это осуществилось, должны мы помнить и слово апос­тола Павла: «Для меня жизнь — Христос, смерть — приобретение; и, однако, так как это полезнее, необходимо для вас, готов я ос­таться жить на земле». Кто из нас может всей душой, всем умом, и всем сердцем, всей волей и всей жизнью сказать: «Жизнь для меня Христос — не только в том смысле, что Христос в креще­нии, в таинствах, в учении Своем, в кроткой Своей близости ко мне дает мне новую жизнь, а в том, что только то, что Христово, только то, чем Он жил, стало теперь целью и со­держанием моей жизни?» И, однако, это — признак истинного хрис­тианина.

И если бы мы так жили, в таком единстве со Христом, с такой к Нему всецелой любовью, могли бы и мы сказать, как апос­тол Павел говорил: «Жизнь для меня — Христос, а смерть — при­обретение, потому что живя на земле, я отделён от Христа, а всё желание, всё устремление жизни моей в том, чтобы лицом к лицу Его узреть, чтобы с Ним быть всегда, чтобы ничто меня от Него не разделяло…» И однако, при всем этом, апостол Павел, научившись от Христа любить: любить своего ближнего и дальнего, друга и врага, гонителя и защитника, говорит: «И одна­ко, так как для вас это нужнее, я останусь жить на земле…» Так и мы должны бы всей душой, всей силой жизни стремиться ко встрече со Христос, и однако быть способными сказать: «Да, но у меня есть дело на земле, я должен чистотой своей жизни, све­том, льющимся из меня, правдой моих поступков, истинностью моих слов, всем моим существом быть свидетелем Христа; и хотя всей душой я мечтаю быть с Ним, я останусь в осиротелом, тусклом, горьком мире, чтобы внести в него свет, внести в него надежду, внести в него радость, внести в него любовь…»

В этот праздник, который нам напоминает наше собственное воцерковление в свете крестного пути и крестной жертвы Хрис­товой, обновим же данные нами обеты крещения, вновь вступим с новой решительностью, с новой надеждой, на путь Христов, и не станем говорить, что мы слабы, что нет у нас крепости достаточ­ной. Господь сказал апостолу Павлу, который просил о силе: «До­вольно тебе Моей благодати, Моя сила в немощи совершается»; и апостол Павел восклицает: «И поэтому буду хвалиться я только немощью своей, чтобы всё во мне было силой Христовой»; и в дру­гом месте: «Всё мне возможно в укрепляющем меня Господе Иисусе Христе…» Павел был как мы, человек плоти и крови, ему тоже было страшно, ему тоже бывало больно, он тоже боролся за свою цельность и верность; и он победил, и он нам говорит: «Последуйте за мной, как я последовал за Христом…» Исполним же это слово и станем каждый день по-новому, глубже, более совер­шенно, Христовыми и подобными нашему Учителю, Спасителю и Богу. Аминь.

Опубликовано: «Проповеди, произнесенные в России». – М.: Фонд «Духовное наследие митрополита Антония Сурожского», 2014.

Календарь на 1997 г. СПб, Сатисъ.

Труды. Т.1. — М.: Практика, 2002.

Слушать аудиозапись: нет , смотреть видеозапись: нет