митрополит Антоний Сурожский

Фомино Воскресение

7 мая 1978 г.
Тема: Вера в Бога   Место: Лондонский приход   Период: 1976-1980   Жанр: Проповедь

Во имя Отца и Сына и Святого Духа.

Мы сегодня совершаем память святого апостола Фомы. О нем все вспоминают, как о том, который усомнился в воскресении Хрис­товом, когда ему было рассказано, поведано о воскресении други­ми учениками; и мы редко себе задаем вопрос о том, кто же он был, какой он был человек, почему он поставил этот вопрос, как он мог усомниться?

Об апостоле Фоме мы читаем только два раза в Евангелии, кроме того места, где вспоминается о его избрании Спасителем на апостольство. И первое место такое значительное: когда Христос Своим ученикам говорит, что Ему надлежит вернуть­ся в Иудею для того, чтобы воскресить Своего друга Лазаря, уче­ники стараются Его уговорить остаться вдали от убийственного, опасного Иерусалима, и только Фома говорит: Пойдем с Ним и умрем с Ним… Он был готов до Воскресения Христова, тогда когда ученики еще видели во Христе только настав­ника, он был готов по любви и по верности к Нему с Ним просто умереть — только умереть, не защитить Его, ни на что не надеяться, а только с Ним разделить Его судьбу.

И вот этот человек, который с такой верностью был готов разделить со Спасителем смерть, ставит вопрос другим ученикам: Возможно ли это?!.. Они ему рассказывают, что они видели воскресшего Христа, и он этому не может поверить… Почему? Не пото­му ли, что до святой Пятидесятницы, до того, как Дух Святой со­шел на апостолов, они оставались теми же робкими, часто непонимающими, часто колеблющимися людьми? Как он мог поверить, что воскрес Христос, когда единственное свидетельство о Его воскресении было в том, что эти ученики ликуют, радуются — и, однако, остаются теми же самыми людьми, не изменившимися, ничем не отличными от того, чем они были раньше? Ему нужно было, чтобы принять весть о воскресении, другая достоверность, чем просто ликующие слова апостолов, потому что он понимал, что если воскрес Христос, то всё на свете изменилось, что последнее слово не за смертью, а за жизнью, что последняя победа не за человеком, а за Богом, что любовь покорила, а не ненависть, что мы живем теперь в новом мире, потому что действительно Бог в этот мир вошел и его преобразил в мир веч­ной жизни, а не только тлеющей, долгой порой, но только временной жизни… И когда Спаситель встал перед ним, он уве­ровал, потому что во Спасителе было сияние вечной жизни, потому что Он уже предстал перед Своими учениками уже не как тот Иисус из Назарета, Который был их учителем, а как воскресший Господь, в силе и славе Своего Воскресения — однако, однако, с руками и ногами, и боком, прободенными гвоздьми и копьем…

Воскресение Христово не снимает трагичное в жизни; Хрис­тос вошел в жизнь, чтобы понести всю ее трагедию, и ее пре­образить в победу, но пока есть один грешник на земле, Христово тело остается телом распятого Христа. В вечности Он нам предстанет, верно, именно таким, потому что Его распятие говорит о бесконечной любви Божией… и увидав Его, распятого Христа во славе воскресения, Фома поклонился Ему, и произнес последнее, торжествующее свидетельство, которое мы должны пронести через мир, через   жизнь нашу и через жизнь мира: ГОСПОДЬ мой и БОГ мой…

Но те, кому мы скажем о воскресении Христовом, те, кому мы объявим, что Он воскрес, что Он — Бог, что Он победил; как могут они поверить, если мы будем подобны тем апостолам, которые могут только ликовать, что они пережили, но не могут явить ни силу, ни славу воскресения?

И потому мы, верующие в Воскресение Христово, должны стать на­родом новым, обновленным, другими людьми, людьми, кото­рые веруют в жизнь, и в жизнь вечную, в которых торжествует победа над смертью уже теперь, потому что, приобщившись к смерти Христовой, и живем — должны бы жить! — вечной жизнью воскресшего Христа, жизнью Божественной… Тогда мы не боялись бы смерти, не боялись бы страданья, не боялись бы ничего на свете, потому что этой жизни не может у нас отнять ни­кто; и мы шли бы в жизнь тогда живыми, торжествующими и убедительными свидетелями о том, что воскрес Христос, потому что другие видели бы в нас людей вечно-живых, научившихся любить, если даже это стоит жизни временной, научившихся верить в человека, подобно тому, как только Бог в человека умеет ве­рить, на всё надеяться и всё побеждать, отдавая себя безгранично в радости, любви и победе Господних.  Аминь.

Опубликовано: «Во имя Отца и Сына и Святого Духа…» – М.: «Гранат», 2014.

Слушать аудиозапись: нет , смотреть видеозапись: нет