митрополит Антоний Сурожский

Рождественский пост

3 декабря 1978 г.

Во имя Отца и Сына, Святого Духа.

Мы вступили в Рождественский пост, в тот период времени, когда мы шаг за шагом подымаемся к дивному дню, когда мы будем созерцать Бога, ставшего человеком ради спасения нашего, и в се­годняшнем Послании, как бы в преддверии этого Рождественского поста, апостол Павел нам говорит о том, что Христос разрушил средостение, которое отделяло Бога и человека, как бы закрыл Собой пропасть, которая лежала между Богом и Его тварью. Много столе­тий до Рождества Христова, в своем борении Иов многострадальный взывал: «Где же тот человек, который станет между мною и Судьей моим, который возложит руки свои на Его плечо и на мое плечо, держа обоих как бы вместе, собирая разделенное, соединяя тех, которых разделила человеческая неправда: Бога и человека?» Своим чутьем, своим дивным четким человеческим сыновним сердцем он ожидал Того, Кто, соединив наконец несоединимое, Кто примирит его с Судьей, перед Которым он стоял, и в Котором он не мог видеть, подобно его друзьям, Властителя, который на всё имеет право…

И пришел этот человек, Господь Иисус Христос; и простер Он Свои руки, и соединил Он Бога и человека, и когда мы думаем об этих руках простертых, соединяющих Творца и тварь — разве мы не видим Христа, распятого на кресте? Он пришел; Он встал на грани, где встречается Божия правда и неправда человеческая, Божия любовь и человеческий отказ от любви… Он встал там, где все силы зла сосредоточены были на то, чтобы уничтожить челове­ка. Всецело, до конца, неограниченно Единый с Богом, Он предстал перед людьми Своего времени; и эти люди, потому что они не могли, не хотели принять безусловно, безгранично свое­го Бога, отвергли и Его свидетеля.

Ему не оказалось места в гра­де человеческом, Ему не оказалось места даже умереть там. Он был выведен из человеческого стана, Он был распят вне града Ие­русалима, отверженный, выкинутый из рода человеческого, потому что до конца Он хотел быть с Богом. Но одновременно, став чело­веком по любви, став человеком, чтобы нас спасти, приняв на Се­бя все без ограничений, что составляет человечество и человечес­кую судьбу, Он остался, при последнем Его предсмертном борении, один перед лицом молчащего Бога.

И когда Он умирал на кресте, Он оказался один, как остается один каждый человек, потеряв­ший Бога и умирающий от этой потери. Отверженный и оставленный, Он воскликнул: «Боже Мой, Боже Мой — зачем Ты Меня оставил?..» Оставленный Богом, изверженный людьми, Он в Себе соединил всю трагедию человечества, и Он умер и сошел в глубины ада. Уже на земле Он прикасался к тому, что можно назвать адом человечес­кой жизни — его неправде, греховности, оскверненности, обезбоженности, бесчеловечности, и умерев, потому, что Он хотел быть единым с нами, Он пошел туда, куда уходит всякая душа, потерявшая Бога: в глубины мрака и отчаяния, туда, где Бога нет.

И тогда совершилось величайшее чудо соединения, как гово­рится в пасхальной песне: ад широко раскрылся, чтобы пленить Того человека, который его побеждал на земле, и с ужасом обнаружил, что этот человек — Сам Бог, сошедший во ад. И того ада, куда сходили тысячелетиями люди, потерявшие Бога, уже не стало: нет больше места, где Бога нет. Здесь началось это чудо победы, это разрушение средостения, закрылась пропасть, всё теперь в пределах Христовой любви и Христовой приобщенности к нам; Он соединился с нами так, что приобщился даже предельному ужасу потери Бога, и теперь, нет такого существа, нет такого человека, который был бы вне Христовой тайны; нет такого безбожника на земле, который более страшно, чем Христос, познал потерю Бога, когда Он воскликнул: «Боже Мой, Боже Мой, зачем Ты Меня оставил? …»

Средостение пало, пропасть закрыта, путь отверст, и сейчас мы идем к тому времени, к той светозарной и таинственной ночи, когда Бог становится человеком и начинается этот путь Гос­подень ко кресту, к смерти, во ад, и к воскресенью, которым Он нас возводит к жизни вечной, потерянной еще нашими праотцами.

Поэтому будем идти к этому празднику благоговейно, готовить­ся к тому, чтобы и в нашем сердце пало средостение, чтобы и в нашей жизни закрылась пропасть, которая нас отделяет от Бога, от любви, от человека, от жизни. И тогда встретим радостно, бла­гоговейно, трепетно Младенца Христа, Который является образом Божиим, отдающим Себя в немощи, в ласке, в любви, предоставляющего нам сделать с Ним что только мы захотим, с тем, чтобы нас спасти… Слава Ему за Его любовь, за Его отдачу, за Его бес­конечное к нам терпение; ответим же на Его любовь — любовью, на Его надежду, на Его веру в нас — ответим! Аминь!

Слушать аудиозапись: нет , смотреть видеозапись: нет